«Восточный плен. Княгиня» часть первая

…Яркое сияние луны в эту ночь преображало все вокруг, делая необычным и волшебным. Вместо привычного бледно-голубого блеска, сияние будто укутало город в дымку красно-оранжевого цвета, которую было привычнее видеть на закате солнца. Картина, представшая перед Мари, казалась творением рук божественного и бесспорно талантливого художника. Он будто нарочно укутал город в красноватый туман от чего люди и строения казались нечёткими, немного размытыми, что придавало виду ощущение зыбкой сказочности.
Картину «Одной ночи из тысячи» завершали мирно плывущие по золотистому небу редкие воздушные облака. На водной глади Босфора в отчётливом ярко-красном свечении пролегла лунная дорожка, словно дразня и подмигивая.

©»Восточный плен. Княгиня» Часть первая

Картина Ивана Айвазовского «Вид Костантинополя при лунном освещении«


Снишься мне

Каждый раз, закрывая глаза пред сном, или уже пробудившись на рассвете, Кити мечтала о нём. И, воображая их новую встречу, она невольно вспоминала тот день, когда в парке он пел для неё, объясняясь языком музыки и поэзии в своих чувствах.

© Титулованный соловей


Но Бескрайний Отец молча глотал бы солёные слёзы…

Само море тихое и спокойное. Полный штиль.
Я представлял себе Лии, стоящую на той высокой скале, где я впервые её увидел. Наверное, ветер также нещадно трепал бы её волосы и ласкался бы в её раскрытых ладонях. А Лии думала бы не о нём и не о древних духах племени мокен… она бы шептала морю обо мне… Тихую молитву морские волны подхватили бы и понесли наперегонки, перекидывая, играя и вторя нежному шёпоту Лии. И доносилась бы неустанная шутка волн до слуха могучего и древнего океана. Таинственный и безмятежный, он распознал бы в этой молитве мощь и глубину отчаяния. И понял бы океан, какую непоправимую ошибку совершил, так жестоко наказав своих глупых детей. Ведь шёпот горькой мольбы нёсся бы к нему, вопреки временам и пространствам, каждый раз, когда кто-то из его детей, закрывая глаза, ронял бы солёные слёзы, такие близкие и понятные ему самому. «Несчастные дети!» — взмолилось бы море и попросило бы вернуть сердца живых и души мёртвых.
Но Бескрайний Отец молча глотал бы солёные слёзы и слушал… и, наверное, бы сожалел.

©Чао Ле


Готовится к выходу аудиокнига «Чао Ле. Дети моря»

Актер кино и театра Кирилл Жандаров совместно с командой Санкт-Петербургского театра «Мастерская» работает над записью романа https://store.marishakel.com/%C2%AB%D0%A7%D0%B0%D0%BE-%D0%9B%D0%B5%C2%BB-p166376492


«Так целовала Лии…»

«Мне казалось, этот поцелуй должен стать последним солнцем моей жизни. Я всегда знал, что не умру, пока не прикоснусь к её губам… к ней. В нетерпеливом ожидании я закрыл глаза, изо всех сил пытаясь не тянуться к Лии навстречу. Лии, уже довольно низко склонившись, почти коснувшись моих губ, приблизила ко мне своё лицо для нежного, лёгкого, почти эфемерного поцелуя, но вместо этого она прошлась своим языком по моим губам. Я чуть не задохнулся от неожиданности и остроты ощущений. Этот поцелуй не намекал на пробуждение чувств, или чувственности, или ещё какого подобного бреда. Этот жест говорил о конкретном желании, заложенном в нас самой природой. Так целуют животные, и так целовала Лии. Её мягкие губы перекрыли мне воздух в момент моего ошеломления, и сами стали мне воздухом, и водой, и единственным необходимым и возможным.»


«Титулованный соловей» на MarishaKel:store

Вышла самая ожидаемая читателями вторая книга «Титулованный соловей» из серии «Ольденбургское поместье». Уже на MarishaKel:store.