Метка княгиня

Любовь это…

Ибо любовь подобна дереву: она растет сама собой, глубоко запуская в нас свои корни, и нередко продолжает зеленеть даже в опустошенном сердце.

Виктор Гюго «Собор Парижской Богоматери»


О Солнце

А я все думаю о том, что нам говорили в школе о Солнце — о том, что оно теряет энергию, становясь с каждым годом все холоднее. Помню, как я размышляла тогда, каково придется людям в последние дни мира. Мне кажется, все будет как сейчас… холод вокруг, и все останавливается.

— Я никогда не верил в это. Мне казалось, что, когда Солнце погаснет, люди найдут ему замену.

©Айн Ренд


И верьте в себя!

Привет. Не печальтесь о сказанном, не стоит твердить о напраслине. Проснитесь однажды, и разом, вы сделайте что-то прекрасное. Идите с улыбкой без горечи, сердечному голосу следуя, бегите, хватаясь за поручни, по лестницам, страха не ведая. Дышите дорогой и странствием, желанием нового, светлого, ночами, закатами красными, весной, что пропахла запретами. И верьте в себя до последнего, толпу оставляя за спинами, не делайте жизнь трагедией, пустячную грусть культивируя. Провалы, проколы, падения, примите с буддистским спокойствием. И прочь отметайте сомнения, берите тяжелое, большее. И вы, молодые и глупые — создатели, мира строители, кричите о радости в рупоры, носите победы на кителях. Влюбляйтесь, целуйтесь, безумствуйте, ведь в ваших руках настоящее.

©Джио Россо


Власть над его душой

Я желаю, чтобы ты вдохнула в Абдул-Меджида жизнь, чтобы ты влила в его вены тот особенный яд, который сейчас бурлит в моих венах вместо алой крови. Я хочу, чтобы ты безжалостно покорила его своей красотой, вселила в него жажду, которою не утолил бы ни один источник, кроме источника, которым может быть только поцелуй твоих губ. Я желаю, чтобы ты обрела верховную власть гораздо выше и вернее той, которой обладает он сам, власть над его душой. Я желаю этого вопреки своей жажде и истоме.© Восточный плен. Княгиня


«Восточный плен. Княгиня» часть первая

…Яркое сияние луны в эту ночь преображало все вокруг, делая необычным и волшебным. Вместо привычного бледно-голубого блеска, сияние будто укутало город в дымку красно-оранжевого цвета, которую было привычнее видеть на закате солнца. Картина, представшая перед Мари, казалась творением рук божественного и бесспорно талантливого художника. Он будто нарочно укутал город в красноватый туман от чего люди и строения казались нечёткими, немного размытыми, что придавало виду ощущение зыбкой сказочности.
Картину «Одной ночи из тысячи» завершали мирно плывущие по золотистому небу редкие воздушные облака. На водной глади Босфора в отчётливом ярко-красном свечении пролегла лунная дорожка, словно дразня и подмигивая.

©»Восточный плен. Княгиня» Часть первая

Картина Ивана Айвазовского «Вид Костантинополя при лунном освещении«